Клаудия ждала меня, вышла к машине.

– Смотрела новости по телевизору, – сказала она. – Просто не верится!

Мне тоже не верилось. Казалось совершенно нереальным.

– Я стоял прямо рядом с ним, – сказал я. – Только что был жив, смеялся и спорил, на какую лошадь ставить. А в следующую секунду погиб.

– Ужасно. – Она погладила меня по руке. – Они уже выяснили, кто это сделал?

– Если и да, то мне не сказали, – ответил я. – А что говорили в новостях?

– Да совсем немного, – ответила Клаудия. – Пара каких-то доморощенных экспертов спорили на тему того, что это было, террористический акт или очередная выходка организованной преступности.

– Это было спланированное убийство, – твердо заметил я. – Простое и однозначное.

– Но кому, скажи на милость, понадобилось убивать Геба Ковака? – воскликнула Клаудия. – Правда, я видела его всего дважды, но на меня он произвел впечатление спокойного и славного человека.

– Согласен, – кивнул я. – И чем дольше я думаю об этом, тем больше склоняюсь к выводу, что, должно быть, произошла ошибка. Преступник просто спутал его с кем-то. Наверное, именно поэтому полиция до сих пор не объявила, кто жертва. Не хотят, чтоб киллер знал, что убил не того человека.

Я вернулся к машине, открыл багажник. День сегодня выдался солнечный и теплый, и мы с Гебом, приехав в Эйнтри, решили оставить пальто в машине. Я посмотрел – там они и лежали, в багажнике. Темно-синее пальто Геба поверх моего, коричневого.

– О боже! – воскликнул я, вновь испытав эмоциональное потрясение. – Что же мне теперь с ним делать?

– Оставь там, – сказала Клаудия и захлопнула багажник. Потом взяла меня под руку. – Пошли, Ник. Тебе надо лечь.